ГЛАВНАЯ  CТАТЬИ о П. Л. ПРОСКУРИНЕ                                       

                       АЛЕКСЕЙ ПЕТРОВИЧ

ПРОСКУРИН

21.12.12

 

 

 

 

       

       

ТВОРЕЦ СУДЬБЫ

 

Автор статьи выражает глубокую благодарность руководству Брянской области, лично экс-губернатору Ю.Е. Лодкину и нынешнему губернатору Н.В. Денину, Управлению культуры Брянской городской администрации и лично Н..А. Сомовой и О.П. Петровской, Министерству культуры РФ и лично А.И. Шацкову за неоценимую помощь в реализации данного проекта.

 

26 октября 2006 года в Брянске на Центральном городском кладбище был открыт памятник Петру Лукичу Проскурину, великому русскому советскому писателю, создателю выдающейся литературной трилогии «Судьба».

У памятников бывают разные судьбы. У этого, попавшего на перепутье эпох, судьба была особенно трудной. Сменялись эпохи и губернаторы, в области шла напряженная политическая борьба. Но все хорошо, что хорошо кончается, – великолепное творение молодого брянского скульптора А.А. Ромашевского заняло своё место на Аллее Героев.

Петр Проскурин творил в эпоху максимального величия нашей страны, когда СССР наступал по всем направлениям, когда великие стройки и великие свершения стали настолько привычными, что перестали удивлять. И в его произведениях эта мощь зрелого общества разлита щедрой рукой могучего человека. Часть этой силы теперь навсегда останется в Брянской области, ведь есть такое поверье: когда на землю встает памятник сильному человеку, на этой земле рождается богатырь.

Скульптору удалось запечатлеть именно эту спокойную силу уверенного в себе человека-творца, находящегося во главе общественного прогресса, который с полным основанием считает свою страну лучшей и сильнейшей в мире. Это мироощущение уникально, его нельзя заменить ни голой военной мощью, ни богатством, ни возвращением к религиозным преданиям прошлого.

Что ж… пожелаем всего хорошего могучей, но отнюдь не такой уж счастливой Брянской земле. И давайте вернёмся к одной весьма важной проблеме, до сих пор вопиющей о своём разрешении. Вот частично переработанная статья, которая была написана в 2003 году. Она отнюдь не потеряла своей актуальности.

 

ПОЧЕМУ ГЕРОЙСКИЙ ГОРОД – НЕ ГОРОД-ГЕРОЙ

Я уезжал из Брянска вечером, почти ночью. За окном тихо грустили леса. Вдалеке темно-синюю громаду слегка подсвечивало красноватым отблеском тихого осеннего заката.

Из глубины сознания мало-помалу начал выплывать некий поток, который тоже был поначалу похож на большое и бесформенное облако. И никак не удавалось превратить эту бесформенность в простые и удобные для пользования мысли.

Уставшие, но радостные в связи с окончанием трудной работы лица музейных работников, с которыми вместе мы открывали музей П.Л. Проскурина, вытеснялись огромными разноцветными воздушными шарами, величаво взмывавшими в небо перед парадом, посвященным 60-й годовщине освобождения Брянска от немецко-фашистских оккупантов. Красивые и трогательные молодожены у недавно открытого памятника Ф.И. Тютчеву соседствовали с бронетранспортером, солидно пророкотавшим мотором по главной улице города того же 17 сентября… Еще больше стемнело. Шоссе Киев – Москва, и без того не перегруженное, вообще опустело.

И первая мысль влетела в голову коряво, какими-то непонятными зигзагами, как летают летучие мыши: «Интересно, как удавалось в годы войны обеспечивать питание партизанским отрядам? Ведь найти провиант даже для ста человек – это проблема, а если вспомнить, что этот провиант приходилось искать и добывать в условиях полной скрытности, да не для ста человек, а для 60 тысяч партизанивших в Брянской области…»

Есть в Брянске удивительное место – Партизанская Поляна, музей-заповедник, расположенный примерно на том месте, где находился в годы войны один из партизанских отрядов. Только здесь начинаешь понимать, что это такое, партизанское движение. Прикиньте-ка: ночью в лесу при ну хотя бы 20-градусном морозе. И так всю зиму. А огонь разводить иногда нельзя, сырые землянки промерзают. Про пищу я уже сказал. И так – два года. И при этом надо не просто сидеть, завернувшись в полушубок, а нести дозоры, ходить в разведку и на задания.

За годы войны партизаны Брянщины уничтожили около 100 тысяч оккупантов.

Первые партизанские отряды появились здесь в конце 1941 года. И удивительное дело, но ведь мало кто знает, что уже в феврале 1942 года, тогда в глубоком тылу немцев, образовалась первая партизанская республика – Дятьковский партизанский край. К апрелю 1942 года были полностью освобождены Суземский, частично Навлинский, Севский, Комаричский и другие районы, которые составили Южный партизанский край. В этих населенных пунктах была восстановлена (!) Советская власть.

Возможно, именно здесь, на Брянщине, в соседней Белоруссии, в соседней Украине партизанами был разрушен один из главных для агрессоров критериев успешности ведения боевых действий. Ведь всегда считалось, что захват территории противника равнозначен победе. Немецкие дивизии, играючи мерившие гусеницами своих танковых колонн ухоженные поля Померании и Бретани, с каждым шагом по направлению к Варшаве или Парижу начинали ощущать, как победа все больше и больше окутывает их своим покрывалом. Захваченное пространство немедленно превращалось для них в ощущение власти над ним, а из ощущения возникала новая энергия для новых завоеваний.

Не так случилось в России. Массовое развитие партизанского и подпольщицкого движения сделало критерий контролируемого пространства абсолютно виртуальным. Недостоверным. Невозможно почувствовать победу, когда у тебя в тылу остается армия. Ведь на территории бывшего СССР насчитывалось до 1 миллиона партизан. Это лишь чуть меньше по размеру, чем вся армия современной России. И по психологии противника, привыкшего ощущать победу по мере продвижения, был нанесен, таким образом, мощнейший удар.

И отнюдь не случайно, что захватчики возненавидели и Белоруссию, и Брянскую область. В Белоруссии они убили каждого четвертого, в Брянской области было убито около 80 тысяч человек. Еще около 20 тысяч человек были угнаны в рабство в Германию.

Складывается такое впечатление, что и Белоруссии, и Брянску просто мстили. Мстили жестоко и кроваво за свой собственный страх..

Да… Проехали Угру, и все чаще по обеим сторонам дороги начали попадаться гирлянды огоньков-окошек. Ночные птицы, скорее угадываемые, чем видимые на фоне ночного неба, чертили какие-то замысловатые скрижали. Прогалинки жнивья красиво и обнадеживающе желтели среди темных громад леса… Вдоль дороги продолжали упорно сидеть почти незаметные, пока их не осветит свет фар, грибники с ведрами подосиновиков и опят. Удивительно, но одни грибы не имеют ложных аналогов, например тот же подосиновик, а другие имеют, например те же опята. Впрочем, так же обстоят дела и у людей. Чем, к примеру, некоторые руководители отличаются от ложных опят, выращенных неведомой рукой?

Тридцать лет назад по решению тогдашнего партийного руководства страны во главе с Л.И. Брежневым звания городов-героев были присвоены Новороссийску и Керчи. Всем хорошо известна подоплека этих решений – в 18-й армии Северо-Кавказского фронта, освобождавшего оба города, воевал будущий генсек.

Сначала вся страна захихикала, и родился убийственный анекдот – один ветеран спрашивает другого: «Ну так что, ты воевал на Малой земле или отсиживался под Сталинградом?» Затем призадумалась. А затем началось победное шествие всепоглощающего цинизма, а люди, к нему не склонные, всё чаще начали задавать себе вопрос: «Если победу вот так легко можно присвоить полковнику Брежневу, а великий, безмерный подвиг Ленинграда и Бреста уравнять с обычной наступательной военной операцией, то всё ли ладно в нашем военно-сакральном хозяйстве? Не является ли эта странная, а если вдуматься – глубоко безнравственная игра «кремлевских старцев» в «герои» симптомом какого-нибудь доселе неизвестного социального недуга?..»

Ничуть не пытаясь умалить значение Новороссийско-Таманской и Керченско-Эльтигенской операций и героизма участвовавших в них военнослужащих, хочу лишь подчеркнуть, что первоначально звание «Город-герой» присваивалось городу за героизм, проявленный его жителями, а не за героизм регулярных частей, оборонявших или освобождавших данный город. К счастью, в этом смысле вполне справедливо присвоение званий городов-героев всем остальным городам нашей страны, носящим это звание.

Но в этой связи подумалось вот о чем. По длительности сопротивления героизм партизан Брянщины, Белоруссии, Закарпатья вообще сравнивать ни с чем, кроме блокадного Ленинграда, невозможно. При этом если Ленинград, как и другие города-герои, в годы войны все-таки, помимо героических жителей, обороняли три-четыре фронта действующей армии, то в Брянске в 1942–43 гг., в Белоруссии в 1941–44 гг. регулярных частей Советской армии не было. Героизм проявляли именно жители данных мест.

Навстречу выскочил какой-то лихач. Вспомнилось почему-то довольно глупое, но смешное высказывание М. Задорнова: «Только в России едущий по встречной полосе часто получает удар сзади». Цены на бензоколонках, высвечиваемые лимонно-белым светом фар, постепенно приобретали привычный московский вид. Начиналось Подмосковье, страна особняков и 200-сильных джипов.

Да… Хорошо бы, конечно, вернуться сейчас на тридцать, нет, на тридцать пять лет назад и попытаться доказать еще не впавшему в маразм генсеку, что нужно немедленно, срочно присвоить звания городов-героев Брянску и какому-то из белорусских городов как символам великой воли советских людей к беспримерному сопротивлению.

Но, увы, мы ехали не в машине времени, а в обыкновенной «Волге». Да и к Брежневу меня никто бы не пустил.

А вот интересно, подумал я, нынешняя власть очень любит указывать на мнимые ошибки властей прошлых. Как насчет исправить настоящую, крупную духовно-историческую ошибку? Воздать должное героическим защитникам Брянска и брянским партизанам.

…Подумал – и самому стало смешно. Представилась процессия из Александра Федоровича Ридигера, Германа Оскаровича Грефа, Альфреда Рейнгольдовича Коха во главе с Владимиром Владимировичем Путиным, вручающая губернатору Брянской области Юрию Лодкину Звезду Города-героя.

Эх-ма… Вспомнилась совсем свежая беседа Германа Оскаровича с модным тележурналистом В. Соловьевым. Министр экономразвития несколько игриво, но очень искренне и, я бы даже сказал, душевно высказывался в том смысле, что он не верит, что наши автомобилестроители на что-то способны, а потому на месте «Автоваза», «Газа» и прочих «недочеловеков», то есть, пардон, «недозаводов», следует разместить филиалы крупнейших мировых автомобильных концернов. А пока, мол, в течение нескольких лет, ничего, можно и потерпеть, пусть пошлины на иноавто будут высокими. Журналист очень бодро и жизнерадостно поддакивал маститому управленцу.

Затем речь зашла о нефтяных концернах. И снова министр развития отечественной экономики не ударил в грязь лицом: он заявил, что хорошо, если бы привыкшие получать прибыль за счет конкурентной борьбы иностранные нефтекорпорации подвинули, а то и вытеснили совсем наших нефтяных монстров, умеющих выживать лишь за счет получения ренты. При этом он привел в пример как образец для подражания скупку «ТНК» «Бритиш Петролеум». Журналист В. Соловьев опять не отстал, пробормотав что-то вроде: «Да, мол, это было очень недурно». Разделив, таким образом, российскую экономику между «Эксонами» и «БМВ», министр и журналист расстались очень довольные друг другом. Не вполне ясно, правда, понравилась ли эта программа, возможно являющаяся реальной экономической программой режима, российским нефтяникам и автомобилестроителям.

Не очень понятно и то, почему собеседники решили, что смысл жизни, да и экономики, как таковой, состоит в том лишь, чтобы потреблять, потреблять и еще раз потреблять, а не, скажем, производить. Ведь В. Соловьев и Г. Греф вряд ли согласились бы, чтобы их, в качестве производителей интеллектуальной продукции, заменили соответственно на Ларри Кинга и Алана Гринспена по причине более высокой профессиональной успешности последних.

Впрочем, не станем портить их веселого настроя. Взглянув за окно, увидим, что до Москвы осталось всего ничего – чуть больше полусотни километров. Вот уже и Внуково.

Да… похоже, что и при нынешней власти Брянску звания «Город-герой» не видать. И даже если найдется энтузиаст вроде Путина, ничего у него не получится. Некая сакральная сила не позволит совершиться этому сомнительному с точки зрения морали акту.

Вот ведь какая штука. Живет город, работает город, пашет так, что не всем под силу. Темпы передовые в экономике удерживает. Памятники в нынешнее непростое время устанавливает поэтам, музеи писателям открывает. Ах, какой памятник великому славянофилу и мудрецу, знатоку Европы и немецких женщин, поэту, философу и дипломату Федору Ивановичу Тютчеву установили на одной из центральных площадей города! Сразу город заиграл всеми отблесками XIX в., ибо именно в классической манере выполнена скульптура А. Ковальчуком, сразу зазвучала в полифонии городской жизни та имперская компонента, которая в советское время была действительно несколько неоправданно приглушена.

Ну хоть тут, Москва, порадуйся, выдави из себя три-четыре слова одобрения. Нет, не нашлось в центральной прессе иных слов, кроме ерничающей заметки в не очень популярной газете «Россiя». Ну тон, бог с ним, с тоном, большинство столичных журналистов вообще ни о чем хороших слов сказать не могут, атрофировалась у них эта способность.

Словом, бог с ними срвсем. А вот народ… народ найдет способ воздать сторицей и назвать героя – героем. По крайней мере, я на это надеюсь.

 

P.S. Через какое-то время после опубликования данной статьи президент РФ В.В. Путин вроде бы выступил с намеком на то, что нынешняя Россия собирается присваивать какие-то почетные звания, в том числе городам, в том числе и за ратную доблесть. Пока, к сожалению, эта идея не получила вразумительного организационного продолжения.

Еще раз хотелось бы обратить внимание заинтересованных лиц на необходимость исправления исторической ошибки, очевидной для всех политических сил страны, и признания уникального вклада и уникальных военных заслуг именно Брянской области в героическом деле организации партизанского движения. Ей-богу, даже интересно, сумеет ли, способна ли нынешняя власть создать достойный эквивалент высшей советской военной награде для городов? Тем более что у власти в городе ныне представитель «Единой России» – вроде бы с этой точки зрения политических неудобств возникнуть не должно…

 

 

Алексей Петрович Проскурин

Фото автора

Брянск – Москва

Опубликовано в № 44

"Экономической и философской газеты"